Добавлено: 08 июня 2011   /   Коментариев: 0

ИСПОВЕДЬ «ДВЕНАРИКА» (№22 от 8.06.2011)

- Плитку ровно положи! Ты что не видишь, что здесь цемента и так полно? Как надоели эти гастарбайтеры из Урюпинска, - ругался прораб на стройке дачи одного нового русского в Подмосковье в адрес невзрачного парня в грязной спецовке с каким-то землистым нездоровым цветом лица.

Молодой человек (видимо, уже привыкший к такому отношению) молча отошел и нервно закурил дешевый «Беломор». Никто на стройке не поверил бы, что когда-то он жил по-другому, был настоящим героем своего времени. Вот только кому нужны теперь эти герои?

- Нас было двенадцать... Двенадцать человек, спаянных узами братства, дружбы и какой-то необъяснимой тягой к беспределу. Мы познакомились в секции вольной борьбы в одном маленьком городке. Тогда нам было лет 14-15. В городе нас называли «двенарик». Я часто смотрю на старую фотографию, где мы все вместе... Вот бритоголовый Кетчуп, умеющий «вырубать» любого с удара. На фото он улыбается, вот только я уже забыл, кому... Вот Мутомба (его так прозвали за смуглый цвет кожи) - один из наших «старших». Вот я - стою в обнимку с Артамоном, который славился тем, что не мог остановиться в драке, пока не доведет противника до полной отключки.

Когда мы познакомились, шел 1994 год. Тогда в моде было все, связанное с криминалом: спортивные штаны, тонированные «девятки» или «восьмерки», обязательное техно в магнитоле автомобиля. Мы быстро поднимались. Нас уважали «старшие», все девчонки гордились тем, что дружат с кем-нибудь из нас: «Хочешь, чтобы я пацанам с «двенарика» про тебя рассказала? Под арматуру лечь хочешь?»

Я до сих пор не понимаю, как никого из нас не посадили или не застрелили тогда. Однажды мы пустили «в замес» какого-то приезжего мужика только потому, что наши знакомые девчонки пожаловались, что он на них не так посмотрел. А он оказался каким-то заезжим серьезным человеком из криминала. Как нас тогда за него не «завалили»? Может, потому что с нас и брать-то нечего было?

Мы взрослели, годы шли, и те, кто когда-то заискивал перед нами, стали прокурорами, адвокатами, ментами, «коммерсами». Даже наши «старшие» уехали в центр, основали какой-то мутный банк, а мы так и остались отморозками из «двенарика»... «Старшие» пару раз предлагали нам устроиться в их службу безопасности, говорили: «Пацаны! Все! 90-е прошли, сейчас надо бизнесом заниматься, по делам подниматься, а вы все куролесите!» Но разве могли мы, привыкшие жить одним днем, пойти непонятно куда, надеть казённый пиджак и открывать кому-то дверь?

Первым из нас ушел Грач, который, закончив военное училище, разбился пьяным на своей колымаге в день выпуска. Мутомба и Кетчуп решили исчезнуть из этого бренного мира сами — повесились, причём каждый по своей причине. Кетчуп после Чечни совсем дураком стал, после водки он кидался с ножом на каждого незнакомого «зверя». А однажды его совсем переклинило - взял и повесился. А зачем, и сам, наверное, не понял. А может быть, потому, что он первым из нас осознал свою ненужность? Мутомба «попал» на деньги, когда совсем «присел на иглу», и, еще не отойдя после похорон Пети-Кетчупа, решил повторить его путь. Чарли зарезали «воры» на какой-то зоновской пересылке. А до этого его-таки посадили. Тогда он перепил и ограбил местный магазин. Братья-близнецы Шаман и Колдун переехали в другой город, вступили в какой-то «коллектив». Да только не пошло у них там — застрелили на серьезной «рамсе»...

Строгий и Мутный никуда уезжать не стали - так и работают за пять рублей сторожами в местном колхозе. Шарпей, единственный неспортсмен среди нас, умер от цирроза два года назад. Мы с Артамоном уговаривали его завязать (жена очень просила поговорить с ним), да только толку с этих разговоров...

Сейчас, когда все поменялось, я часто думаю, что, наверное, это такая расплата каждому из нас троих, тех, кто остался в живых из «двенарика».

Теперь я, тот, кого боялось пол-города, в кого были влюблены все наши местные девки, вынужден каждый день таскать кирпичи, класть плитку, а самое главное, слушать, как меня «кроят», только потому, что они закончили строительный институт... Так сложилась судьба одного из тех пехотинцев, которых в приснопамятные 90-е погибло более 50 тысяч. Пришло другое время и те качества, которые нужны были тогда, оказались никому не нужны сейчас, когда на исходе уже «нулевые»...
Коментарии(0)
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять коментарии. Пожалуйста войдите в свой аккаунт, или зарегистрируйтесь